Комитет гражданских безобразий

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Комитет гражданских безобразий » Сборная солянка » Страны в коробке~ Северная Америка, Европа, Азия, PG-13, миди


Страны в коробке~ Северная Америка, Европа, Азия, PG-13, миди

Сообщений 31 страница 46 из 46

31

Япония, Гонконг, Южная Корея и Тайвань + Китай
http://static.zerochan.net/full/30/08/272930.jpg
- Так, дети мои, не дергаться, ару! - строгим голосом сказал Китай, продевая руку в петли и пытаясь подняться с колен вместе с огромной коробкой.
- Китай!
- Китай!
- Китай!
Радостные голоса стран послышались из коробки.
- Почему три? Где четвертый? Кто-то умер? Задохнулся? - всполошился китаец, услышав лишь три знакомых голоса.
- Китай, я жив. - монотонно произнес Кику, поняв, что бывший родитель говорит про него.
- Тайвань, ты за старшую. Следи за братьями, а я сейчас вас донесу до помощи, ару.
- Хорошо! - радостно воскликнула девушка, и Китай почувствовал, как её кулак ударился о верхнюю стенку коробки.
- Дура, что ты делаешь? Не вертись. - возмутился Корея. Девушка стала поспешно извиняться.
Китай, глубоко вздохнув, напряг все свои силы и мышцы, поднимая коробку со странами. Те дружно закричали, начиная падать друг на друга.
- Ты отдавил мне ногу.
- Гонконг, Гонконг?
- Боже, Япония, что это? О, Господи.
- Свали отсюда.
Китай облегченно выдохнул, узнав характер каждого в последних четырех репликах.
- Китай, - послышался настороженный голос Кику из коробки, - я чувствую холод. Куда ты нас тащишь?
- В Россию, конечно, ару. - Китай говорил таким голосом, будто это были очевидные вещи.
- Не хочу в Россию! - завопили все четверо, начиная колотить по стенам коробки и даже плакать.
- Если я не смог открыть эту коробку, то только Россия сможет, ару.
- Я чувствую, как холодеют ноги и сердце. - пропищала Тайвань, сильнее прижимаясь к японцу.
- Уж лучше я вернусь к Англии, чем перейду границу России. - тихо вмешался Гонконг.
- Не говори таких ужасных вещей! - воскликнул Южная Корея. - Эй, Китай, оставь нас. Мы посидим, и коробка нас сама выпустит. Я уверен!
- А вдруг не выпустит? Мы останемся навеки в коробке на территории России. - заныла Тайвань.
- Не волнуйся. Уверен, Китай сможет договориться с Брагинским, да? - сказал Япония.
После его слов китаец тяжело сглотнул.
- Китай, милости просим. - услышали страны приторно сладкий голос русского.
- Все потом. Нужна твоя помощь. - тихим шепотом ответил ему Яо, ставя коробку на пол. Четыре страны сжались в комочек, надеясь спастись от "помощи" России. Ведь любая страна и даже город знали, что помощь России всегда двоякая.
- Конечно, конечно. Твоё слово для меня закон, Китай. - улыбнулся Иван, медленно приближаясь к дрожащей картонке, в которой по неведомой случайности были заключены четыре маленьких страны.

0

32

Испания и Пруссия
http://s018.radikal.ru/i508/1208/e8/185ebb23eaf3t.jpg
- Эй, ты, томатофил, ты что натворил?! - сокрушался Пруссия.
Испания заливисто засмеялся, поднимая ноги Пруссии выше, почти к самой верхней стенке коробки.
- Эй! - вспыхнул Гилберт, чувствуя, как касается своими гениталиями живота друга. - Положь мои ноги на землю!
- Но, Гилберт, ведь тогда будет неудобно сидеть. - непонимающе ответил Испания, не опуская ног пруссака.
- Да мне плевать! Это из-за тебя мы тут оказались!
- Неправда. Коробка сама закрылась. Я лишь хотел пошутить.
- Пошутил? А теперь доставай свою секиру из задницы и выпускай нас отсюда!
- Она у меня не в заднице. - и Испания тихо захихикал.
- Не хихикай мне тут.
- Гилберт, тебе жарко?
- Конечно жарко, идиот!
Пруссия очень сильно пожалел, что сказал эти слова, так как уже через минуту пуговицы на его мундире легко выскакивали из петель. Он попытался сопротивляться, но неожиданно Испания оказался на удивление силен и проворен. Да и положение Гилберта было весьма пикантным и неудобным. Когда Байльшмидт остался в одной белой накрахмаленной рубашке и расстегнутых штанах, Антонио довольно улыбнулся.
- Легче дышать? - наивно спросил он у краснеющего, как спелый испанский помидор,Пруссии.
- Завались. - рыкнул тот и отвернулся.
- Пруссия, а ты оказывается такой доверчивый и милый.
- Что?! - покраснел еще больше Гилберт.
- О, твои глаза в цвет твоим щечкам. Это просто прелестно.
- Ты маньяк. - испуганно проговорил Пруссия, попытавшись отползти от друга куда-нибудь...на другой конец коробки.
- Не, правда, Пруссия, я и не знал, что ты так мило краснеешь. Это видимо такое немецкое проклятье: скрывать милые эмоции. Германия тоже так смущается. - и Испания блаженно улыбнулся, вспомнив недавний футбольный матч.
- Ты и к Западу приставал? Антонио, я тебя боюсь. Что с тобой? - взволнованным голосом спросил Гилберт, потянувшись рукой до лба испанца.
- Кто меряет температуру в перчатке, а? - усмехнулся Карьедо. Перехватив зубами руку Гилберта, он осторожно потянул за кончик пальца, снимая долой черную кожу с белоснежной кисти Пруссии. Тот завороженно следил за его действием, позабыв вдохнуть воздух. Когда перчатка была откинута в сторону, Испания сам, как кошка, потерся лбом о выставленную руку друга.
- Ну, есть температура? - с улыбкой спросил он. Пруссия тряхнул головой, собираясь с мыслями.
- Что? - переспросил он. Его рука нежно прошлась по щеке и подбородку Испании, отмечая, что его смуглая кожа невероятно гладкая.
- А, я делаю помидорные маски по вечерам. - будничным тоном сказал Антонио. Пруссия понял, что сказал последние слова вслух и зарделся. - Прекрати так краснеть. Это возбуждает, знаешь ли.
Пруссия остановился, задержав пальцы на шее брюнета.
- Возбуждает?
- Конечно.
Гилберт хотел было спросить, как это Антонио может возбуждать его раскрасневшееся лицо, как почувствовал, что что-то твердое упирается ему в поясницу. Неуверенно поерзав, Пруссия увидел, как Испания смущенно прикрыл глаза, сильнее вжимаясь в тело альбиноса.
"Он и вправду возбужден." - от этой мысли у Гилберта приятное тепло разлилось внизу живота, делая ноги ватными, а тело невесомым.
- Ну и что же мы будем делать? - игриво улыбнулся Испания, скосив свой взгляд на пах пруссака.
- Может в города? - неуверенно предложил Гилберт, надеясь, что Испания просто смотрит на расстегнутую ширинку, а не на встающий член.
- Неа. - улыбнулся он, обхватывая руками талию Гилберта и поднимая его к себе. Теперь Пруссия сидел на бедрах Испании, еще отчетливее ощущая его возбуждение.
- Если я проиграю, тогда разрешу себя поцеловать. - прошептал ему Гилберт, упершись руками в плечи испанца. Тот немного подумал, потом тяжело вздохнул и кивнул.
- Берлин. - начал Пруссия, злорадно ухмыляясь.
- Ноттингем.
- Мемфис.
- Суздаль.
- Суздаль?
- Суздаль.
- Ли... Ли... - Пруссия замолчал, не отрываясь от изумрудных глаз Карьедо.
- Ли? - одними губами прошептал Испания, подтягиваясь ближе к губам пруссака.
Пруссия исказил губы, чертыхнулся и закрыл глаза.
- Хочешь сказать, что не знаешь города на "Л"? - усмехнулся Испания, решив поиздеваться над смущенным другом.
- Будешь целовать или нет?! - злобно огрызнулся Гилберт, попытавшись встать на ноги. Испания тут же сильнее прижал его к себе, впиваясь жадным поцелуем в бледные губы.
- Конечно, буду. - выдохнул он, проводя языком по верхней губе, зубам и небу Гилберта.
"Конечно, будет." - недовольно передразнил его Гилберт про себя, стараясь не отставать и отвечать на страстный поцелуй Испании.

0

33

Япония и Тайвань
http://s017.radikal.ru/i428/1208/83/483b1a761841t.jpg
В голове Японии уже последние два часа творилось черте что. Мысли были примерно такие: "Тайвань! Боже! Что? Тайвань? У неё волшебно пахнут волосы! Так, Господи! Тайвань!" С каждым разом имя страны становилось все отчаяннее.
- Братик, ты покраснел. - тихо шепнула ему Тайвань.
"Она заметила?!" - запаниковал японец.
- Нет. - буркнул он в ответ и отвернулся.
- Я же вижу! - возмутилась девушка на такую наглую и явную ложь. - Тут жарко. Япония, может ты снимешь свою шляпу.
- Это не шляпа. - начал было Япония, как увидел изящные ручки сестры около своего лица. Сердце пропустило несколько сильных ударов, и голова нещадно начала пульсировать. Он зажмурился, покрываясь краской до самых кончиков ушей.
- Что произошло? - услышал он удивленный голос Тайвань. Он осторожно приоткрыл один глаз, а затем второй и увидел, как девушка изумленно смотрит на внезапно связанные кисти яркой красной лентой.
"Фух, слава Богу." - облегченно вздохнул Кику.
- Братик, как это произошло?
- Не знаю.
- Может это коробка живая?
- Ну, конечно она живая. Она же сама нас сюда заманила и заперла.
- Она наверное хочет, чтобы мы наладили свои отношения. - предложила Тайвань.
- У нас и так нормальные отношения. - возразил ей Япония.
- Нет, я же вижу, как ты на меня смотришь.
- Как? - испугался Кику. Последние несколько веков он не мог ни о чем думать кроме как о прекрасной девушке в розовом платье с длинными темными волосами с прекрасными пионами вместо заколок. Его руки начинали дрожать при виде её, ладони потеть, а голос моментально садился или пропадал.
" - Япония, ты влюбился? - спросил его однажды Китай, бесшумно подойдя сзади.
- Глупости! - грубо ответил он старшему брату, покидая комнату, с силой захлопывая дверь."
- Ты со мной не разговариваешь. Злобно смотришь на меня. Ты на меня за что-то обижен? - в голосе азиатки были слышны нотки грусти и непонимания.
- Я не обижен. - тихо промямлил Япония. Он почувствовал, как две связанные ладошки девушки коснулись его груди, а лицо Тайвань оказалось в опасной близости от покрасневшего лица Кику. Он попытался отодвинуться, но дальше была прочная картонная стенка. Попался.
- Япония, не злись на меня за что-то. Ты же знаешь, я люблю тебя больше всех.
От этих слов сердце японца пропустила приятный разряд.
- Меня? - одними губами прошептал он ей.
- Ну конечно. Ты самое дорогое, что у меня есть. Я не вынесу, если с тобой что-то случится.
- Что со мной может случиться? - заговорил в нем юношеский максимализм, за что над ним всегда смеялся Китай.
Тайвань задорно засмеялась и положила свою головку на широкое плечо японца. Приятный аромат цветов и легкого шампуня дурманил голову Кику. Он с шумом вдохнул этот запах, надеясь навсегда запомнить его, отложить в самый заветный угол памяти и с теплотой вспоминать о нем в период одиночества, грусти и неудач.
Тайвань молчала, блаженно улыбаясь, ощущая, как пальцы брата тихо и осторожно накручивают её длинные пряди.
Япония, еще раз глубоко вздохнув, нежно прикоснулся губами к макушке девушки. От этого жеста все мысли и предрассудки замолчали или ушли на второй план, предоставляя место чувствам и эмоциям. Мелкими шагами из поцелуев он спустился к её виску, щеке и остановился на уголке губ. Тайвань будто спала и лишь подрагивающие ресницы и розовые щечки доказывали обратное. Но она не сопротивлялась и не возражала, а кажется наоборот требовала еще. А вдруг он ошибся? Вдруг ему все это кажется? И еще один неверный шаг и он навсегда потеряет для себя маленькую страну.
Япония запаниковал. Тайвань приоткрыла глаза и увидела маску страха на его лице. Сообразив в чем дело, девушка улыбнулась и потянулась к побледневшим губам. Поцелуй был легким и целомудренным, но зато таким личным, приватным, интимным, что оба моментально густо покраснели. А дальше громкий и счастливый смех раздался из коробки. Япония с силой прижимал к себе смущенную Тайвань, ощущая себя сейчас самой удачливой страной во всей вселенной.

0

34

Англия и Германия
http://i032.radikal.ru/1208/54/a05fff348227t.jpg
- Великая Британская империя требует, чтобы ты свалил в другой конец! - зарычал юноша.
- А не пойти ли Британской империи за моря? - огрызнулся немец.
- Это подло. - первое о чем Англия подумал - это "Америка". Сейчас с этим очкариком опасно встречаться, но так хотелось.
- Почему именно ты тут оказался? - обреченно спросил Германия.
- А кого хотел, похотливый извращенец? Своего итальяшку? - усмехнулся Артур. Тонкий румянец покрыл бледные щеки Германии. - Боже, Боже... - заметив это, вздохнул Англия.
- Англия?
- Что?
- У тебя футболка задралась. Я вижу твои тру...
- АААА! - взревел англичанин, надеясь не слышать эти слова. - Идиот! Идиот! Идиот!
Он начал неуклюже копошиться, пытаясь поправить сползающую часть одежды. Германия безэмоционально следил за его потугами, не предпринимая никаких попыток помочь несчастной стране.
- Эй! Что это за коробка?! - раздался знакомый голос американца снаружи. Англия замер. Германия опасливо стал озираться.
- Обычная коробка. - тихий голос мальчика.
- Гонконг. - прошептал одними губами Киркланд. Одному Богу только известно, что мог сотворить маленький демон в лице азиата, узнав, что там внутри беспомощный занудный старший брат.
- Эй! Эй! Америка, что там? - а это был уже голос маленького Питера.
- Это кажется одна из коробок Англии. - задумчиво произнес Америка и постучал по стенке.
Англия хотел было прикрикнуть на нерадивого американца, как ему моментально закрыли рот широкой ладонью. Германия бесшумно шикнул на него, тоже не желая, чтобы их находили в такой ситуации.
- Давайте отнесем её Англии?
- Давайте взорвем?
Англия вздрогнул, услышав спокойный голос Гонконга.
- Ахаха, - засмеялся Альфред, - Ладно, Силенд, давай отнесем её этому англичанину-растеряхе.
- Кого он назвал "растеряхой"? - возмущенно зашипел Англия.
Неожиданно ощущение притяжения пропало и их коробка взмыла в воздух. Англия вцепился в футболку немца, стараясь не вскрикнуть, теряя равновесие.
- А она тяжелее чем я думал. - сказал откуда-то снизу Питер.
- Давай мне. - отозвался Джонс, забирая коробку из маленьких рук "стальной страны".
Поудобнее подбросив её, Америка широким шагом направился к дому старшего брата. Он и представить не мог, что от его действий положение двух стран в этой волшебной коробке кардинально поменялось. Теперь Англия держался на честном слове, чтобы не уткнуться носом в живот немца, а тот не знал куда деть руки, потому что везде были открытые части тела Артура.
- Твои дурацкие колонии. - прошипел Людвиг.
- Если бы они были колониями. - в том же тоне ответил ему Англия.
И вдруг они замерли. Послышалось знакомое шепелявое хихиканье.
- Чего тащите, а?
Страны честно ответили.
- Слушайте, Великий Я ищет своего глупого младшего, не видели, где он должен быть? И когда начнется матч? Где ваш англикашка? - Пруссия не скупился на вопросы, будто каждому задавая по одному.
- Мы не знаем. Мы сами его искали. Думаю, скоро начнется. - ответил Питер.
- Глупый Запад. Заставляет меня ждать. Мне приходится развлекать его итальянца, а это жутко выматывает. - пожаловался Гилберт. Знакомый писк его маленькой птички и довольный смех её хозяина.
Людвиг хотел было сказать брату, что он тут, но вовремя собрался, представляя, как отреагируют страны, увидев двух блондинов в такой пикантной позе.
- Людвиг, рука холодная. - пропищал Англия. И действительно, прохладные пальцы случайно опустились на оголенную поясницу, зарываясь под резинку трусов, ища обогрев. Вслушиваясь в голос брата, Германия даже не заметил этого. Но когда Англия обратил на это внимание свое и немца, то тот жутко испугался. Выдергивая руку, он с шумом ударил её о стенку коробки. Все страны, и снаружи и внутри, пораженно замерли.
- Что за дела? - послышался наивный голосочек Феличиано.
"Отлично, все собрались." - мрачно заметил Англия, готовый к любому исходу в этой ситуации.
- А, это я случайно. Ладно, идите, занимайте места, а я пойду... - Америка угрожающе замолчал, - разберусь с этой коробкой.
Англия тяжело сглотнул, понимая, что Альфред обо всем догадался. В какой-то момент ему захотелось, чтобы коробку открыли сейчас тут при свидетелях. Но, увы, Альфред гордо понес ее прочь, оставляя недоумевающих стран около футбольного поля, где собиралось огромная толпа народа.
Альфред Ф. Джонс действительно догадался.

0

35

Россия и Китай
http://s017.radikal.ru/i440/1208/aa/50d0002ec60ft.jpg
Эта ситуация жутко смущала китайца. Он очнулся в какой-то коробке, на руках у улыбающегося России. У парня побежали мурашки от этой картины: темнота и лишь фиолетовые глаза горят вечным ярким огнем холодной приветливости, видна слабая улыбка, небольшие ямочки на щеках и прохладное дыхание. Отличительные черты России и Канады - холодное дыхание, которое будоражило кровь. Даже у норвежцев не было такого ледяного дыхания. Почему?
- Китай, ты очнулся? Я рад. - Россия улыбнулся еще шире.
- Угу, ару. - кивнул Китай, отворачиваясь.
- Китай.
- Что?
- Смотри на меня. - волевые нотки в голосе настораживали Яо.
- Зачем? Если я не хочу, ару? - он демонстративно отвернулся еще дальше.
- А мне плевать, что ты хочешь. Ты должен смотреть на меня! - прорычал Иван. Китаец резко развернулся, хотелось вновь увидеть злобное выражение лица русского, но не успел. На лице снова эта лживая улыбочка.
- Мне не нравится, как ты фальшиво улыбаешься. - фыркнул Китай, скрещивая руки на груди и закрывая глаза.
- Ты опять на меня не смотришь. - как маленький ребенок повторил Россия. Конечно, Иван Брагинский был ребенком. Большим, сильным, умным, но ребенком. Дитем, которого забил мир: войны, гонения, миграция, рабство. У России была самая кровавая история, и Китай об этом знал. Возможно именно этим его и привлекал этот седоволосый юноша.
- Хочу смотреть на твои истинные эмоции, а не показушные. - Китай мог иногда проявить характер. Все страны удивлялись его способностям. Быть учтивым со всеми, и в тоже время властно разговаривать с Англией наедине об опиумных войнах, улыбаться Японии, но тет-а-тет холодно напоминать о его предательстве. И даже с русским он находил моменты, когда мог гнуть свою линию и вынуждать Брагинского послушно выполнять его желания. Но на глазах у всех Китай оставался тем самым милым и наивным, тихим юношей с пандой за спиной.
- Если я не буду тебе улыбаться, то ты будешь всегда смотреть на меня? Это абсурд. - серьезным голосом заговорил русский.
- Я люблю, когда ты мне не врешь. - это была правда. Были очень редкие моменты, когда Яо удавалось видеть другие эмоции на широком лице России.
Россия усмехнулся и положил голову на плечо Китая. Даже через одежду он чувствовал, какая у русского холодная кожа.
- Ходячая ледышка, ару. - произнес Китай и обнял его за шею, прижимая к себе и надеясь передать через это объятие весь свой умеренно-континентальный климат.
Он почувствовал, как сухие губы Ивана коснулись его шеи, легко и нежно. Так непохоже на Россию. Обычно он властно сгребал его в свои объятия и не давал никакого выбора, кроме как послушно подчиниться. Китаю это нравилось, до поры до времени. Иногда России приходилось наклоняться к кровати за поцелуем, а иногда приходилось долго разговаривать с обозленным китайцем, прежде чем получить ряд страстных поцелуев от него. Сегодня же Россия будто во сне касался его кожи, пробуя и боясь, что белоснежная кожа Яо рассыпется или заледенеет от его прикосновений.
- С чего ты такой нежный, ару? - не удержавшись, спросил Ван.
- Ты же просил тебе не врать. Иногда можно тебя побаловать. - шепнул ему в шею Брагинский. Ван Яо на это лишь усмехнулся.
Сейчас перед ним был истинный Россия: уставший, измотанный и скрытный. В темноте коробки не было видно его полуприкрытых глаз и опущенных уголков губ. Китай блаженно улыбнулся, обвил ногами талию страны и нежно начал поглаживать по спине, будто успокаивая.
Россия спал. Спал как маленький, обхватив своими большими руками тонкое тело китайца и уткнувшись в его волосы. А Китай все это время гладил его по спине и перебирал белесые пряди.
Завтра опять они будут притворяться перед всеми: один будет натянуто и угрожающе улыбаться, а второй будет строить из себя дурачка и простачка, обдумывая о новых поставках оружия или же, как вся его продукция покоряет мир. Один будет вести открытую вражду взглядов с Америкой, а другой будет тихо ждать своего звездного часа, когда две могущественные страны вцепятся друг другу в глотки, и он сможет вознестись по трупам их народа. Китай и Россия. Когда-нибудь они столкнуться нос к носу на мировом рынке и уже Китай не будет видеть его настоящих эмоций, потому что это война. У стран никогда не бывает долгого счастья друг с другом. А пока есть время нужно ловить момент, открывать каждый раз для себя что-то новое в России, пока он совсем не запрется в своем мирке и не исчезнет с лица земли.

P.S. от автора: Эта глава очень странная. Я не смогла себя удержать от долгих и философских рассуждений. Здесь мало асисяя и совсем нет стеба или юмора, но уж извините. Я старалась. Знаю, что могу лучше, но примете эту главу, какой она есть. У всех сразу прошу прощение за долгое ожидание и разочарование в этой сцене.
С Уважением.

0

36

Англия, Япония и Америка
http://i049.radikal.ru/1208/f8/5130df58a9a5t.jpg
"Почему здесь Америка?" - думал Англия, стараясь как можно реже кидать взгляд на бывшую колонию.
"Почему здесь Япония?" - думал Америка, поддерживая японца над землей.
"Почему они оба здесь?" - думал Япония, чувствуя, как четыре руки держат его на весу.
- Америка, ты же герой, да? - в голосе Англии слышалась издевка.
- Конечно, я всегда тебе это говорю. - ответил американец, сделав как всегда вид, что не заметил тона старшего брата.
- Так выпусти нас из этой коробки! - уже более раздраженно воскликнул Артур.
- Ты же сам прекрасно знаешь, что не могу! - в той же манере сказал Америка.
- Тоже мне, герой. - в сторону прошипел Англия. Он прекрасно знал, что Америке неподвластно справиться с магической коробкой, но поддеть его у Англии всегда была охота, поэтому даже, когда Англия страстно желал поговорить с Америкой и нормально разобраться в своих отношениях, он всегда случайно что-то ляпал из того, что могло обидеть, оскорбить или ущемить Джонса.
- Англия, Америка, может вы меня положите? - спокойно предложил Япония. Две страны поглядели на него с недоумением, потом друг на друга. В их мыслях пронеслась одна мысль: "Не хочу быть с ним наедине", и они судорожно закачали головами. Япония тяжело вздохнул.
- А мне кажется, что вам все равно придется поговорить. - для Кику сейчас было самое главное, чтобы эти двое не перешли на тему: "С кем Кику больше дружит."
После этих слов две страны отпустили японца и скрестили руки на груди, готовясь к словесной перепалке.
Япония усмехнулся.
- Итак, Америка... - начал Кику.
- А почему сразу я? Он старше, вот пусть первый и отвечает! - вспылил Альфред, тыча пальцем в англичанина.
- Не тыкай в меня пальцем! - возмутился Артур, ударяя по вытянутой руке младшего брата.
- Хорошо, Англия... - продолжил Япония.
- А почему мы все время делаем то, что он хочет? Он не маленький уже! - гнул свое Англия.
- Вы знаете, что вы никогда не придете к консенсусу. Вам нужно помириться. Ведь вы самое дорогое, что есть друг у друга. - внятно говорил Япония. - А вы только и делаете, что собачитесь. На конференции Америка выводит Англию до такого, что тот со злостью выходит из зала. Англия говорит такие вещи Америке, что тот тоже уходит... - Япония задумался, а две страны смущенно смотрели в стороны. - Минутку. Каждый раз после этого, виноватый выбегает за ушедшим. Вы, что после этого?.. - Япония оставил риторический вопрос, потому что уже знал, что эти две страны делают, когда остаются наедине.
Когда Америка выбегал вслед за разъяренным Англией, то начинал сразу же судорожно извиняться, целовать щеки, лоб, нос, губы, только бы Англия не начинал себя накручивать. Когда Англия догоняет Америку, тут все намного проще: Америка хватает запыхавшегося англичанина, грубо прижимает к стенке, властно целуя. Все слова и обиды тут же испаряются и забываются в сплетении двух языков.
- Ну вы ребят даете. - проговорил Япония, следя, как равномерно краска покрывает лица юношей, вспоминающих недавние случаи "примирения".
- Америка... - тихо позвал его Артур.
- М? - отозвался тот.
- Прости, если говорю слишком обидные вещи. Я просто беспокоюсь за тебя. - эти слова давались англичанину с трудом, но, когда он их сказал, на душе стало как-то легче.
- Значит ты веришь, что я - герой? - с невероятной радостью и надеждой проговорил Америка.
У Англии от нервов забилась жилка на виске. Этот очкастый идиот опять сумел испортить момент. Прямо как всегда. Они целуются, и тут он спрашивает: "Ну, скажи же, что американцы целуются лучше французов." или "Смотри, мое тело сложено лучше, чем у Испании." или "Англия, ты так мило краснеешь, даже Канада так мило не краснеет." Каждый раз Америка умудряется вывести Киркланда из себя. Как ему это удается?
- Нет, идиот! - взревел Англия, отвешивая сильный подзатыльник любимому брату. Началась возня, в которой ни один не видел, как пытался увернуться от их рук и ног несчастный Япония.
"Боже мой, ну за что мне это?!" - взвыл он про себя.

0

37

Гонконг, Япония, Англия и Силенд
http://s2.zerochan.net/600/03/43/952153.jpg
- Англия, у тебя нездоровый взгляд.
- Как ты разговариваешь, колония? - огрызнулся Артур.
- Фу, испорченный. - фыркнул Гонконг, сильнее сжимая руки на талии Японии.
- Привет, привет! - завопил на всю коробку маленький Питер. - Меня зовут Силенд! - он пытался протянуть руку через Англию.
- Я знаю. - в голос сказали Гонконг и Япония. Многие знали о "стальной стране", пусть они не показывали вида, но были наслышаны об оставленной Артуром маленькой страны в море.
- Англия, вы правда очень странно на меня смотрите. - заключил Кику, сжимаясь под пристальным взглядом Артура.
- Я сам чувствую, что у меня скоро кровь носом пойдет. - заключил англичанин, но отвернуться он не мог. Япония выглядел до одурения мило в руках Гонконга, который вымахал до невиданных высот на испорченной еде Англии. Все страны, включая самого Англию, удивлялись, как ему удавалось растить свои колонии, кормя их несъедобными продуктами. Да, все знали, что порой Франция и Испания подкармливали своими изысканными блюдами несчастных, но парадокс был в том, что как только страна попадала под влияние Артура Киркланда у неё тут же портился вкус в еде.
- Извращенец. - не унимался Гонконг.
- Когда ты меня уважать начнешь, а? - с раздражением спросил Англия, переведя на секунду взгляд с японца на своего подопечного. Тот вздрогнул и отвернулся. Эта реакция была неожиданной для Артура. Обычно, когда их взгляды пересекались, Англия должен был во все глаза ждать хлопушки или какого-нибудь фейерверка прямо у ног, которые испортили его костюм, прическу и настроение.
- Чего ты на него все пялишься, а? - уважения к Англии у Гонконга было ноль.
Было такое поверье, что как только страна-колония попробует стряпню Англии, то тут же влюбится в Британскую империю. Все с нетерпением ждали ответа от Гонконга на этот слух, но тот отказывался давать какой-либо комментарий. Сам же Англия лишь тяжело вздыхал на это и говорил, что все это - домыслы. По его мнению, все колонии Англии лютой ненавистью проклинали в душе монархов и бровастого.
- Япония, мы с тобой так давно не виделись. Как... как поживаешь? - со смущением в голосе проговорил Англия, стараясь не обращать внимание на недовольного Гонконга и расшумевшегося Силенда, на которого никто не обращал внимание.
- Спасибо, Англия, у меня все хорошо. - спокойным голосом ответил Кику.
Япония был немного смущен. Он уже давно заметил, что Англия смотрит на него немного странным, голодным взглядом. Но абсолютно новое ощущение было, когда знакомый запах Китая и сильные руки обвили его талию, прижимая к себе. Совсем как в детстве, когда он сидел на руках у Ван Яо. Приторно сладкий запах благовоний, китайской утки в ананасе и едва заметный запах сладких мятных леденцов. Было так приятно укутаться в объятья этих воспоминаний. Поэтому Япония даже не заметил, когда положил голову на плечо Гонконга и сжал рукой в кулак его бардовую ситцевую рубашку.
- Ты прекратишь на него пялиться? - что-то в голосе Гонконга было не то. Не просто раздражение, но и негодование вперемешку с обидой. Англия, как всегда, был слеп к эмоциям своих колоний, только, когда терял любой контакт с ними, начинал понимать их чувства. Это была особенность Британии.
- Перестань мне указывать, Гонконг! - вспылил Англия, взяв Японию за руку и потянув на себя, желая, чтобы тот так же укутался в его объятиях. Но Гонконг не отпускал. Он стиснул зубы, на его щеках появился румянец, а руки непроизвольно сжались сильнее на талии Кику.
- Гонконг... - вклинился в их уничтожающие взгляды друг на друга Япония. Все перевели внимание на японца. - Ты ревнуешь?
Англия кинул подозрительный взгляд на смущенного паренька. Помимо смущение, там было и дикое удивление и разочарование в разоблачении. Артур хихикнул.
- Неужели гормоны заиграли? Ты же почти первый раз видишь Японию. Хотя да, порой от нежности и утонченности Кику сносит голову. - на лице Англии была довольная улыбка.
Гонконг выдохнул с облегчением. Япония покачал головой и снова посмотрел на азиата. Видимо слухи были верны, а Гонконг просто тщательно скрывал свои чувства за вечными издевательствами и подколами над англичанином. А тот этого не заметил. Не заметил, как Гонконг тяжело дышит, ощущая невесомое соприкосновение их коленей, не видел какой взгляд кидает на него Гонконг, когда Англия пытается сказать что-то приятное Японии, не видел, как щеки юноши покрываются предательским тонким румянцем при любом порыве внимания Киркланда на него. Глупый Англия.
- Япония, как на счет пойти куда-нибудь в эти выходные? - спросил Артур.
- Эй, а как же футбол, на который ты обещал нас сводить? - в голос спросили Силенд и Гонконг.
- А? Разве я не говорил? - удивился Артур. - Америка заболел и футбол отменили.
- А, понятно теперь, почему ты пропадаешь на другом континенте. - выдохнул Гонконг.
- Да, прости. - Англия потрепал каштановые волосы мальчика и примирительно улыбнулся. Гонконг обиженно надул губки и что-то пробурчал себе под нос.
- Гонконг, а не хочешь пойти с нами в эти выходные? - спросил Япония, зная уже ответ. Юноша тут же закивал, догадываясь, почему японец предложил это.
- Нет, ты что?! - тут же встрепенулся Артур. - Он же взорвет все к чему я притронусь. Пощади меня! - взмолился он, глядя на Японию. Кику засмеялся, представляя собственнический взгляд Гонконга.
"Да, это у китайцев семейное." - подумал Япония.
- ОБРАТИТЕ ЖЕ НА МЕНЯ ВНИМАНИЕ!!!!! - завопил во все горло Силенд, стуча кулаками по спине Англии.

0

38

Германия, Пруссия и Италия + Гилберд
http://s41.radikal.ru/i093/1208/07/c4fbc9f48262t.jpg
Два брата сидели в коробке молча. А вот два других узника тренировали голосовые связки, действуя на нервы немцам. Маленькая желтая птичка Гилберта пищала тонким голосишком, а Италия старался не отставать от пищащих звуков.
- Италия! - завопил Германия.
- Гилберд! - в унисон завопил Пруссия.
Двое замолчали.
"Слава Богу, тишина." - выдохнули страны.
- Вам не нравится, как мы поем? - наивным голосом спросил Италия, зажмурив глаза. Так как он сидел на Германии, то последнему не было видно его эмоций, но он настолько хорошо знал итальянца, что его богатое воображение тут же нарисовало себе удивленно вскинутые брови, опущенные уголки губ и шмыгающий нос.
- Да, не нравится. - рыкнул Пруссия. Он отвернулся, молясь, чтобы этот испытательный срок с еще одним итальянцем прошел поскорее.
- А что же тебе нравится? - томный тихий шепот на самое ухо. Пруссия резко повернулся и встретился с хитро прищуренными глазами Италии. Тот смотрел на него испытывающим взглядом, ехидно ухмыляясь. Его руки обвили шею пруссака.
- Италия? - тихо произнес Пруссия. Такое поведение итальянца было необычно. Где тот, вечно тупой, наивный и невинно улыбающийся мальчик, свято верящий в белый флаг?
- Тсс... - выдохнул ему на ухо Италия и провел языком по мочке. Пруссия задрожал.
- Почему вы замолчали? Что случилось? Италия? - обеспокоенно завертелся Людвиг, пытаясь разглядеть, что там происходит. Пруссия молниеносным движением уткнул голову младшего брата в угол коробки, не позволяя ему увидеть похабно-развратный вид своего любимого Феличиано.
Италия улыбнулся.
- Так тебе нравится? - он опустил ноги с плеч Гилберта, беззаботно покоившихся там, и сел лицом к лицу с альбиносом. Пруссия молчал, продолжая держать голову Германии и не отрывая алых глаз от усмехающегося Италии. Тот тем временем провел языком по приоткрытым губам Байльшмидта и с силой прикусил одну. От этого действия Гилберт дернулся. - Младшему братику нравятся Божии одуванчики, а старшему - плохиши? - прошептал Феличиано одними губами.
Пруссия не успел ничего ответить, как в его приоткрытый рот ворвался маленький язычок настойчивого итальянца. Гилберт пытался забиться от него подальше, стенка коробки не позволяла этого сделать, поэтому ничего не оставалось, как, не отвечая, смотреть в карие глаза Италии.
- В чем дело? - после минутного одностороннего поцелуя с прусским бревном спросил Италия.
- Не люблю целоваться с итальянскими любовниками своего брата. - ответил Пруссия. Самодовольная ухмылка появилась на его лице.
- О. - выдохнул Италия. - Так, Германия не знает об этой части меня.
- У тебя раздвоение личности?
- Ну если хочешь, можешь считать и так. Просто я адаптируюсь в любой среде. С тобой нужно быть именно таким, да? - и Италия после этих слов снова впился страстным поцелуем в покрасневшие губы Гилберта. Тот не отвечал. Не отвечал. Не отвечал. Но когда Италия задел чувствительную точку в самом уголке неба, Гилберт не смог удержаться и вступил в этот небольшой танец или бой. Он почувствовал, как на губах итальянца заиграла довольная улыбка, но, наплевав на это, продолжал отвечать на поцелуй.
- Пруссия! Пруссия! - звал брата Германия. Тишина и частое дыхание сверху напрягали его. Эти двое по своей сущности не могли молчать. Там что-то происходило, чего он не видел.
- Дойцу! - почувствовал он нежные руки на своей шее и горячее дыхание в ухо.
- Италия? - переспросил немец, чувствуя облегчение, что хотя бы один из них жив.
Феличиано снова завел свою песню про великую Германию, озорно поглядывая на удивленного Гилберта.

P.S. от автора: в этой главе появился darkИталия. Для тех, кто не понял моего слишком замудренного текста. Глава странная, но зато забавная. Бедняжка Пруссия.
После этого случая Италия навсегда остался с Германией и больше ему не изменял. =)
С Уважением.

0

39

Шотландия, Ирландия, Англия и Уэльс
http://s019.radikal.ru/i602/1208/48/0711a6967e5at.jpg
- Еще раз вытянешь свои губки в мою сторону, и я тебе по мордасам дам! - предупредил Шотландия, грозно рыкнув.
- Почему, как дело касается Англии, так ему по морде лица не дают, а как я, так сразу... - обиженно надулся Ирландия.
- Вот, когда захватишь полмира, тогда и поговорим.
- Смотри, не мотивируй его. - усмехнулся Уэльс.
Англия молчал. Он был просто не в состоянии что-то произнести, так как его наглым и бесцеремонным образом зажали между Уэльсом и Ирландией. Недовольное лицо Скотта ввергало в глубокую депрессию, а вечно озабоченный Ирландия трепал нервы Уэльсу.
Так зародилось испокон веков, что у британских братьев есть странный многоугольник чувств: Уэльс влюблен в Ирландию, Ирландия пристает к Шотландии, а последний не брезгует лишь Англией. И лишь сам англичанин разрывает эту геометрию чувств, испытывая непонятные чувства к европейцам и Новому Свету, за что нередко бывает бит старшим братом в юбке.
- Англия, признавайся, твоих рук дело? - спросил Шотландия, нахмурив брови.
- Нет. - пропищал Артур, не имея никакой возможности даже взглянуть на брата. Тот от этого просто бесился. Точнее сказать, он бесился от всего, что не касалось его.
- Смотри на меня, бровастый идиот! - рявкнул он, отпихивая в сторону прилипшего к нему ирландца и хватая одной рукой Киркланда за подбородок. Тот не сопротивлялся. Он даже вроде вздохнул с облегчением. Шотландия скривил губы и грубо отпихнул лицо англичанина.
- Ирландия, видишь, братики хотят выяснить отношения. Так что слезь с Шотландии. - миролюбиво предложил Уэльс, но лишь подергивающаяся бровь выдавала его раздражение. Рыжий непонимающе уставился на улыбающегося брата, потом на раздраженного брата и в конце концов на раскрасневшегося от ситуации и положения младшего.
- Нет. - гордо заявил он и демонстративно потерся о щеку Шотландии.
- Ну все, хватит. - уже более раздраженно и нетерпеливо произнес Уэльс, протягивая руку и хватая любимого брата за шкирку.
- Нет! Нет! - заверещали Ирландия и Англия. Последний был недоволен, что Уэльс, наклоняясь вперед, упирается своими бедрами ему прямо в лицо. Но брюнет не слушал, продолжая стягивать ирландца с закипающего Скотта. Англия почувствовав свободу перед собой, когда Ирландия начал потихоньку сползать с брата, переполз на освободившееся место.
- Правильно, ползи сюда, насекомое. - усмехнулся Шотландия, подтягивая Артура к себе на колени. Киркланд не возражал, всяко лучше, чем быть в тесном контакте с пахом Уэльса и рыжем затылком Ирландии.
- Нет, Англия, ты дурак! - вопил Ирландия, оказавшись в крепких объятиях влюбленного Уэльса.
На самом деле, все страны, в особенности входившие в состав Британской империи, задавались вопросом "Понимал ли Ирландия, как влияет на Уэльса?" Этот вопрос обсуждали, и Англия с Шотландией, и Америка с Англией, и Канада с Америкой, и Франция с Канадой, даже Богом забытые страны в Африке хоть раз да задумывались по этому поводу.
- Ирландия, только, пожалуйста, не приходи ко мне разбираться завтра вечером. Этот разговор в сто первый раз я уже не выдержу. - страдальческим голосом произнес Англия, прижимаясь к Шотландии.
Отношения Англии и Шотландии были самыми братскими. Так говорила любая страна, потому что любой, кто посмел сказать, что Артур Киркланд и Скотт Маккензи испытывают странные чувства друг к другу, сразу получали в "бубен", "тыкву" или "черепушку", в зависимости от настроения братьев. Весь мир свыкся с мазохистской привязанностью Англии к Шотландии, и не для кого не было секретом, что Англия может спокойно целовать Скотта во все места и во всех местах. Это было каждый раз шоком только для Ирландии. Каждый вечер вторника он навещал Артура, узнавая не в ссоре ли братья, и каждый раз возвращался на свой остров с грустью и печалью на лице.
- Англия, да, ты я вижу растешь. Уже научился условия ставить. - ухмыльнулся Шотландия. Артур закатил глаза и вымученно улыбнулся.
После таких действий Англия всегда получал подзатыльник, за неуважение к старшему брату,а потом дерзкий и властный поцелуй, показывающий полное доминирование над мыслями и телом англичанина. Этот раз не был исключением. Как только губы Скотта потянулись к губам Артура, Уэльс закрыл глаза покрасневшему ирландцу. Он, как никто другой, понимал ту боль, когда видишь подобную сцену. С характером Ирландии, Уэльс каждый Божий день лицезрел его усилия и попытки завоевать сексуальное расположение шотландца.
"Вот только один бровастый блондин глубоко засел в его мыслях." - одновременно подумали Ирландия и Уэльс, который почувствовал влагу на руке даже через перчатку.
- Прекрати плакать. Ты же взрослый мальчик. - шепнул Ирландии на ухо Уэльсу, стараясь не привлекать к себе внимание целующихся братьев. Тот в ответ лишь тихо шмыгнул носом и расплылся в довольной улыбке.
Через неделю после этого случая в коробке по миру прошел слушок: "Ирландия кажется догадался!"

0

40

Южная Италия и Бельгия
http://s003.radikal.ru/i202/1208/27/356be04c06dbt.jpg
- Романо, ты дышишь?
- Глупая женщина, как ты проверяешь, дышу я или нет? Грудями?
- Уэ, какой ты грубый. Выберемся, я дам втык Испании.
- За что?
- За то, что ты такой невоспитанный маленький грубиян.
Молчание.
- Романо, говори со мной. Я боюсь потерять тебя в этой темноте.
- Слезь с меня, мне нечем дышать.
- Ой, прости, прости. Так лучше?
Тишина.
- Романо?
- Нет, так хуже.
- Не пищи. И что это такое?
- Бельгия, ну уж точно не фонарик, иначе я бы им воспользовался.
Снова тишина.
- Бельгия?
- Я чувствую себя неловко.
- И правильно. Тебе должно быть стыдно, глупая женщина, что ты в темноте совращаешь малолетних детей.
- Но я ничего не делала.
Романо молча выгнул бровь, заведомо зная, что этого никто не увидит.
- Ладно, делала, но не специально.
Послышался треск, скрежет, и коробка разлетелась по кусочкам.
- Испания! Нидерланды! - воскликнули хором пленники, кинувшись на шею спасителям.
- Романо, я надеюсь, что это у тебя не из-за того, что ты ТАК сильно рад меня видеть.
- Заткнись, Испания, и тащи меня домой.

P.S. Скромное возвращение блудного автора. Глава так себе. Эксперимент чистой воды. А пока скажу лишь одно: "Коробки 2 в 3D! Смотрите на всех страницах фикбука."

0

41

Пруссия и Франция
http://s58.radikal.ru/i160/1006/aa/093b9d769955.jpg
*Тогда (2 часа назад)*
Первый раз Пруссия предложил действительно действенный план.
"- Так, я расставлю ноги пошире, а ты уместишься подо мной."
Но во мне взыграла гордость и самолюбие.
"- Чтобы я под кем-то... да никогда!"
Пруссия злобно зарычал от моих слов.
*Наше время*
- Я больше не могу стоять. - Франция тяжело дышал, чувствуя, как пот мелкими градинами скатывается по его коже.
- Давай меняться.
- Да, давай.
Две страны стали неуклюже в потемках перекатываться, переставлять ноги, на ощупь касаться руками друг друга.
- А это возбуждает. - тихо простонал Франция, когда Гилберт второй раз нечаянно дотронулся до его паха.
- Заткнись! - посоветовал ему Пруссия.
Они еще немного повозились, но, кажется, достигли желаемого результата. Но произошло непредвиденное. Коробка, под действием тяжести и неуклюжести двух стран, накренилась на бок и, как Титаник, медленно стала переворачиваться. В итоге Пруссия и Франция оказались в еще более щепетильном положении.
- Нет, вру, это еще больше возбуждает. - Франция пошло захихикал, положив руки на бедра Пруссии, который кое-как разместился на его, согнутых в коленях, ногах.
- Заткнись! - рявкнул на него Гилберт.
- Ты сегодня что-то не слишком красноречив. - Франциск скривил губы и вдруг ахнул от озарения. - Может быть кто-то тоже немножечко... - и резко положил руку на возвышающийся бугорок в штанах пруссака.
Байльшмидт вскрикнул от неожиданности и поддался вперед, сильнее тыкаясь в руку Франции.
- Ты решил сегодня показать мне все свои эротические штучки? - усмехнулся француз, легонько поглаживая пах Пруссии.
Пруссия молчал, лишь томно вздыхая и с шумом выдыхая воздух.
- Ты даешь обет молчания, когда возбуждаешься? Говори со мной, а то я остановлюсь. - и Франция в довершении своих слов убрал руку, вслушиваясь в темноту.
- Чертов французик. - хриплым голосом прошипел Байльшмидт.
Франция довольно улыбнулся, возобновляя свои действия.
- Да, теперь у меня есть преимущество перед Испанией. - усмехнулся он.
- Заткнись! - ответил ему Гилберт, чувствуя, как от приятного жара в штанах и большой температуры в коробке его щеки покрываются пылающим румянцем.
"Слава Богу, тут темно." - подумал он, стараясь тихо выдохнуть и не застонать от возбуждения.

0

42

Америка и Англия
http://s017.radikal.ru/i444/1208/c8/2910ef686c12t.jpg
- Англия, скажи, ты сейчас краснеешь?
- Не спрашивай меня о таком, придурок!
- Не, ну правда?
Этот вопрос был очень глупым со стороны Соединенных Штатов, так как его лицо упиралось в пятую точку Англии, прямом смысле этого слова. Само Британское Королевство находилось в таком же состоянии. Кто-то очень заботливо их упаковал в темной коробке, разодев Артура в его наряд "Британского ангела". Этот прикид занимал третье место по открытости в списке США и Франции. (На втором месте был наряд "бармена", а на первом лишь смущающие глазки Киркланда и его длинные пальчики, старающиеся прикрыть его наготу).
- Придурок, что ты делаешь? Мне щекотно. - забеспокоился Англия, чувствуя, как прохладные пальцы младшего брата пробегаются по его лодыжке.
- Я развязываю. - пояснил Америка.
- Что? Зачем? - пуще прежнего запаниковал Артур.
- Я хочу увидеть первую стадию. - буркнул Альфред, стаскивая сандалию с маленькой ножки англичанина.
- Какую еще первую?.. О, нет! С ума сошел? - Англия стал вырываться и пытаться достать до рук или хотя бы головы Джонса, чтобы зарядить хорошим добрым подзатыльником.
- Это не справедливо. Почему Франция знает об этой стадии, а я нет. Здесь темно и об этом буду знать только я. - заверил его Альфред.
Артур молча пыхтел, понимая, что любая попытка тщетно проваливалась. Но через некоторое время и сам Альфред замолчал.
- Что случилось? - позвал его Артур.
- Я запутался. - Альфред говорил таким голосом, будто вот-вот заплачет.
Он уткнулся носом в бедро Англии, щекоча его кожу ресницами. Артур подавил в себе желание завыть от этого приятно-милого момента.
- Ал, не расстраивайся. - подбодрил его Артур, едва касаясь пальцами золотистых прядей брата.
- Еще скажи: "в следующий раз". - горько отозвался тот. - Это был мой единственный шанс.
Киркланд задумался. Надо было как-то отвлечь Америку от любых грустных мыслей. По старой памяти Англия помнил, что, если Альфред расстроен, то это на долгие годы кризис в мире. Но видимо сейчас малыш Америка уже не чувствовал себя подавленным, потому что смело и умело чертил языком узоры на бедре и ягодице Артура.
- С ума сошел?
- Если мне не обломилось увидеть тебя голым, то дай хотя бы почувствовать. - серьезным тоном сказал Америка.
Англия закрыл одной рукой лицо, хотя в такой темноте вряд ли кто-то увидит его смущение, а второй рукой продолжал сжимать волосы Альфреда, наматывая на пальцы и отпуская от каждого его действия.
Так продолжалось около пяти минут, пока Артур не застонал в голос, начиная вяло двигаться.
"Не может быть!" - шокировано произнес про себя Америка, фокусируя свой взгляд на телодвижениях старшего брата. Да, Артур Киркланд возбудился. Да еще как. Америка был вне себя от счастья и удовольствия. Он смог возбудить, взбудоражить кровь своего чопорного, вечно холодного брата.
Облизнувшись, он продолжил облизывать ягодицы Англии, игриво попадая в ложбинку, задевая и дразня сорваться. Англия уже даже не пытался скрыть своего состояния, откровенно постанывая и ловя горячий язык и поцелуи.
- Ам..Америка. - прошептал он, сжимаясь сильнее, когда губы американца всосали мягкую кожу на внутренней части бедра.
"Интересно, я смогу заставить его кончить, не касаясь?" - заводясь, подумал Джонс.
Смог. Долгих, мучительно сладких пятнадцати минут хватило, чтобы Артур громко всхлипнул, напрягся и задрожал.
- Америка, ты придурок. - зарычал Англия, готовый ошпарить кожу Альфреда только лишь своим смущением.
- Я потрясающ. - констатировал Америка, довольно улыбаясь.

0

43

Дания и Норвегия
http://s017.radikal.ru/i442/1208/f7/69ac3aeba947t.jpg
Что может быть романтичнее полутемной коробки, где находятся только ты и твой объект мечтаний?
Что может быть приятнее, когда он неуклюже елозит на твоих бедрах, будто во время секса?
Что может быть слаще, когда он хватает тебя за волосы и легонько оттягивает, делая вид, что не хочет получать от тебя никакой ласки?
Что может быть краше, когда он неловко краснеет и делает вид, что недоволен этой ситуацией?
Что может быть эротичнее, когда твои руки обхватывают его за талию и притягивают к себе ближе и теснее?
Правильно, ничего.
Дания изошелся от нетерпения и желания зацеловать и затискать молодого норвежца. Каждый раз он толерантно подавлял эти свои стремления, строил внутренние стены, устраивал себе психоанализы, но не сейчас. Уж точно не сейчас, когда губы Норвегии находятся в опасной близости от его, ноги обхватывают его талию, а длинные пальчики в перчатках случайно (случайно ли?) касаются чувствительных участков кожи.
- Так! - громогласно сказал Норвегия.
Дания удивленно захлопал глазами.
- Три поцелуя и ты оставляешь меня в покое. - снисходительно предложил Норвегия.
- Пять! - начал торговаться Дания.
- Три.
- Четыре.
- Три. - Норвегия был непреклонен.
- По рукам.
- И ты оставляешь меня и мою задницу в покое.
- На ближайший час. А потом снова три поцелуя.
- А в нос каждый час? - Норвегия держал датчанина в ежовых, норвежских, рукавицах.
Первый поцелуй был испытательный. Дания привыкал к податливости и холодной нежности парня, второй был посмелее, с языком и тихим постаныванием, а третий снес башню Дании. Он целовал блондина неистово и с жаром, с каждым разом сильнее впиваясь и прикусывая приоткрытые губы, не давая разорвать поцелуй. Если это последний поцелуй, то Дания должен был получить от него миллион удовольствий. Он ласкал языком небо и язык Норвегии, посасывал нижнюю губу, прислушиваясь к тихим стонам и слишком шумному дыханию страны, гладил по спине, заставляя его дрожать и прижиматься сильнее.
- Такими темпами мы только через час закончим. - в губы шепотом произнес Норвегия, снова принимая горячий мягкий язык и стараясь отвечать на поцелуй со всей норвежской страстью.
- Моя мечта поставить эту коробку себе в спальню. - так же не отрываясь от губ норвежца, произнес Дания.
- В очередь вставай. Я слышал Россия на нее глаз положил. - усмехнулся парень, снимая одну перчатку и зарываясь пальцами в светлые встрепанные волосы Дании.
- Закажу. И посажу туда тебя. Буду приходить и кормить тебя.
- Я люблю тушеную баранину с капустой.
- Буду кормить тебя своими поцелуями. - Дания явно поймал слишком романтичную волну.
- Не долго будет мучиться старушка. - усмехнулся Норвегия, снова целуя блондина.
Это был уже десятый поцелуй, но кто считает? Для них, это все еще был третий.

0

44

Франция, Испания и Пруссия
http://s59.radikal.ru/i166/1208/03/233c338d22f1t.jpg
Они не понимали и не помнили, как сюда попали. Последнее воспоминание: они пришли к Пруссии, выпили... нет, нажрались вусмерть, а потом заснули. А проснулись в огромной, но тесной для троих коробке.
- Так, друзья, давайте только не поддаваться искушению и не будем друг друга хотеть. - предложил Пруссия. Он всячески хотел избежать щепетильных моментов, которые могут показать его с нелепой стороны.
- Да, определенно. - поддержал его Франция. Испания коротко кивнул.
- Нам надо как-то отвлечься. - сказал Антонио, потирая затекающую шею.
- Устроим сценку. Театр трех актеров. - воодушевленно предложил Франциск.
Две страны с удивлением посмотрели на него, всем своим видом требуя объяснений и разъяснений.
- Ну разыграем смешную сценку. Ты и Пруссия будете мужем и женой...
- Можем поцеловаться. - хохотнул Испания, подтягиваясь к недоумевающему альбиносу.
Еще недавние события вертелись в голове Пруссии, связанные с его временным заточением с Испанией, и когда тот потянулся к нему, смешно сложив губки трубочкой, он не мог собраться с силами, чтобы оттолкнуть его, лишь пораженно смотрел. Но Испания ничего не сделал, остановишься в паре сантиметров от приоткрытых губ.
- Так, вы муж и жена, а я буду любовником.
- Мужа? - поинтересовался Испания.
- Жены! - оскорбленный в лучших чувствах, Франция начал теребить свои вьющиеся локоны. - Хотя не только жены мечтают о таком любовнике.
Друзья расхохотались и стали устраиваться поудобнее для проведения их спектакля.
- Великий Я начну! - громко крикнул снизу коробки Пруссия. - Жена, где мой обед?
- Да, жена, где же он? - спросил Антонио, мягко и легко поглаживая ягодицу Пруссии.
- Я...я жена? - тихо прошептал он. Антонио улыбнулся и кивнул, пробегаясь пальчиками к резинке трусов и опасно проскальзывая внутрь одним пальцем. Пруссия выгнулся и встретился с непонимающим взглядом Франции, который со своего верха не видел ничего, что происходило между Испанией и Пруссией. Эта мысль еще больше будоражила кровь, и краска медленно стала расползаться по щекам пруссака.
- Хорошо, я жена! - воскликнул он, одной рукой пытаясь убрать руку испанца, но тот удачно извернулся, пропуская прохладные пальцы Пруссии, и продолжил исследовать поясницу Гилберта.
- Милый, сходи выкинуть мусор и погулять с Фридрихом. - тоненьким голоском протянул Пруссия, прогибаясь в спине и мелко дрожа от щекотливых действий Антонио.
- Да, дорогая. - Испания улыбнулся и, быстро чмокнув жену в щеку, закрыл глаза, показывая, что он ушел.
- Тем временем я вылезаю из шкафа. - начал Франция, томно произнося свои слова, смакуя каждый звук.
Но не успел он и слова сказать, как одна рука Пруссия впилась в его затылок и сильнее притянула вниз. Чудом избежав столкновения головами, Франция было открыл рот, чтобы высказать все, что он думает о заносчивых альбиносах, как почувствовал влажный язык на своих губах и страстный поцелуй, последовавший за ним.
- Скорее, пока муж не вернулся. - сквозь короткие поцелуи, хитро улыбаясь, сказал Пруссия.
Франция, словив волну, принялся отвечать на грубые и рваные ласки прусского языка, нежными и полными чувств касаниями. Пруссия до сих пор ощущал горячую ладонь испанца у себя под кофтой и его взгляд. Приоткрыв один глаз, он увидел, что Испания с неподдельной серьезностью смотрит на них. Оторвавшись от карамельных губ Франции, Гилберт перевел взгляд на Антонио. И наступила гробовая тишина.
- Это кто? - сухим голосом спросил Испания.
Пруссия молчал. Ему не нравился такой голос испанца. Стальной, холодный, отталкивающий. Он перевел беглый взгляд на Бонфуа, но тот лишь глупо улыбался, периодически облизываясь.
- Я не хочу быть женой. Это оскорбление. - решил перевести тему разговора Пруссия на более шуточную и отстраненную.
- Почему, Гилберт? Разве я чем-то плох? Тебе не нравится, как я тебя обнимаю, не нравится, как я тебя целую или может, как ласкаю тебя по ночам, отдаваясь тебе без остатка? - Испания медленно, скользящим движением, стал убирать руку с пояса своей благоверной.
- Нет, все не так. - тихо прошептал Франция, довольный игрой Испании.
- Прости. - вместо этого сказал Байльшмидт. - Прости меня, Антонио.
- Шикарно играете. Антонио, можете тебе в театр пойти? - захлопал в ладоши Франциск, отвлекаясь от сценария.
Испания в ответ на эти слова тут же просиял, ледяные нотки исчезли, возвращая блеск в зеленые глаза. Он широко улыбался, жмурясь от похвалы и смущения.
Но Пруссия, не слыша будто слов Франции, просто потянулся к загорелому лицу испанца и припал к его улыбающимся губам. Он почувствовал, как улыбка на лице исчезла, как его язык встретился с преградой в виде зубов, которые тут же открылись, впуская или приглашая. Поцелуй был долгим, шумным, горячим и страстным. Языки сплетались, зубы порой стукались друг о друга, губы становились искусанными и покрасневшими, тоненькая слюнка быстро скатывалась вдоль подбородка Гилберта.
Негромкое покашливание вернуло две страны со страстных берегов.
- Ну, Гил, кто же из нас самый страстный? Кого бросаешь мужа или любовника? - усмехнулся Франция, явно чувствуя себя неловко в подобной ситуации.
- Я же умная жена, я буду крутить с обоими. - оскалился Пруссия, обнимая каждого одной рукой и прижимая к себе.

0

45

Россия и Англия
http://s019.radikal.ru/i632/1208/dc/8ab3468d663ft.jpg
- Ты меня напоил. - скучающим голосом проговорил Англия.
- Конечно. - улыбнулся Россия, делая еще глоток из бутылки. Алкоголя в его глазах будто и не было, хотя он чаще прикладывался к бутылке, чем Англия. - Зато ты теперь смелее, чем час назад. Как же прекрасны вы, англичане! - Иван широко и искренне улыбнулся.
Лицо Киркланда начало медленно, но верно покрываться равномерной красной краской, а пальцы сжимать русскую шинель.
- Знаешь что, прекрати меня соблазнять. - серьезным голосом, но все с той же улыбкой сказал Россия.
- Что, прости? - Англия от возмущения даже постарался отодвинуться, но далеко у него не вышло отстраниться, коробка тесно и крепко держала их вместе.
- Я серьезно. Все, что ты делаешь, меня соблазняет.
- Бред!
- Как ты хмуришь брови, будто просишь, чтобы тебя утешили и назвали злюкой.
- Чт...
- А как ты кричишь и краснеешь при виде меня... Так и хочется взять тебя и утешить...
- Я боюсь тебя! - выпалил Артур. Ему показалось, что лучше он скажет это, чем будет подтверждать глупые догадки русского своим поведением.
- А то, как ты на меня смотришь на собраниях... Как ты просишь меня о помощи во время войн... Так и хочется взять тебя и...
- Утешить? - договорил за него Англия, смущенно смотря исподлобья.
- Вот опять. - вздохнул Иван, протягивая руки к худенькому пьяному тельцу англичанина. Тот начал возмущаться, кричать, пинаться, но вскоре свыкся со своей участью, покорно закрывая глаза, поддаваясь головокружению. Он чувствовал, как большие ладони сжимают его плечи, как широкая грудь мерно поднимается и опускается. Россия выглядел устрашающим вдалеке, но добрым и спокойным, даже умиротворяющим, вблизи.
"Парадокс" - подумал Англия, чувствуя, как мозолистые пальцы Брагинского касаются его волос.

0

46

Пруссия и Польша
http://s51.radikal.ru/i131/1208/8a/659d1e33568dt.jpg
- Пхе-хе-хе, - гаденько засмеялся Пруссия, - вот мы и встретились, мой трусливый поляк.
Он нарочито нежно погладил косматые блондинистые волосы дрожащей страны. Тот от таких прикосновений еще больше сжался и задрожал.
- Что ты трясешься, как осиновый лист? Неужели боишься? - усмехнулся Пруссия, сжимая в кулак волосы блондина и оттягивая назад. - Неужто ты думал, что заполучив меня и мои земли я больше не появлюсь перед тобой? Хотя, я и сам не думал, что смогу так скоро навестить тебя. Но ты стоишь у меня в списке на первом месте. К тебе бы я заглянул с самого начала. Мстил бы тебе, блуждая по твоему дому, каждый раз напоминая тебе о себе.
- И много у тебя еще в списке народу? - писклявым голосочком произнес Польша.
- Важных - трое. После тебя я пошел бы к Западу. Обрадовал бы его. А напоследок в Россию.
- Почему к России ты пошел бы позже всех? - обиженно спросил Феликс. - Неужели боишься его? - он с надеждой ухватился за эту соломинку, надеясь, что в этом заключается одна из потаенных слабостей альбиноса.
- Смеешься что ли? Просто... - Гилберт немного помолчал, отвернувшись и обдумывая свой ответ. - Я у него бы наверное надолго задержался бы. Месть для него должна быть самой ужасной.
Польша был готов отдать все свое королевство русскому, что видел, как румянец залил щеки пруссака.
- Пруссия, а как ты собираешься мне мстить? - с боязнью в голосе проговорил Польша.
Байльшмидт оскалился. Этот оскал не предвещал ничего хорошего. Все время, что они сидели в коробке, Гилберт доводил несчастного поляка до исступления и изнеможения. Он плакал, стонал, кричал, умолял Гилберта остановиться, но тот продолжал грубо и рвано дарить резкие поцелуи, звонкие шлепки по ягодицам и больные укусы.
"Боже, он так всем мстит? Не может быть, чтобы Россия..." - но не успел Польша додумать ужасную мысль, как громко вскрикнул, почувствовав большую ладонь с длинными прохладными пальцами на своему паху. Гилберт ловко расправился с пуговицей на штанах блондина и юркнул внутрь, начиная поглаживать разгоряченное место.
- Пруссия, прости меня. - прошептал ему томно на ухо Феликс, с силой вцепившись в одежду альбиноса.
- Нет, поверь мне, это только начало.
И разум Польши поплыл в тумане, сопровождаемый тихими стонами и шумным дыханием.

0


Вы здесь » Комитет гражданских безобразий » Сборная солянка » Страны в коробке~ Северная Америка, Европа, Азия, PG-13, миди